ХОЧУ РАССКАЗАТЬ ОБ ОТЦЕ- ФРОНТОВИКЕ

Мой отец Грищенко Петр Ильич начал охотиться еще до Великой Отечественной войны, мальчишкой. У его отца, моего деда, было охранное ружье-штуцер, но сам дед не был охотником. Так вот, мой отец бегал стрелять уток с этим ружьем в перерывах между уроками.

А в 1941 году окончил школу, началась война, ушел на фронт…

Кем только не воевал. Автоматчиком и пулеметчиком, разведчиком и сапером. Одним словом, пехота. Воевал на Кавказе, прошел Курскую дугу, форсировал Днепр. В сорок четвертом получил второе тяжелое ранение, был ранен осколком снаряда во время атаки на территории Польши.

Затем были госпиталя, инвалидность. В 22 года Петр Грищенко – старший сержант, кавалер двух орденов Солдатской Славы. Отец долго не женился: врачи сказали, что проживет лет пять и все.. Но выжил солдат, вернулся к мирной жизни. А в сорок шестом снова взял в руки охотничье ружье, купил немецкий трофейный «Зимсон».

Отсюда, наверное, и начинается наша охотничья династия семьи Грищенко из города Керчи.

Именно отец после войны возрождал охотничье общество в Керчи. Вместе с другими восстановил разрушенное здание под контору организации. Был в ней заместителем председателя на общественных началах, секретарем партийной организации керченской городской организации охотников.

Это, благодаря ему, сегодня в Марьевском лесу под Керчью живет поголовье дикого кабана. Лет сорок назад в лес зашла дикая свиноматка, и отец, тогда работающий управляющим треста столовых Керчи, дал команду собирать пищевые отходы и отвозить в лес. При такой шикарной кормовой базе свинья осталась, дала приплод и со временем в наших угодьях стали постоянно обитать дикие кабаны. Затем Петр Ильич предложил закупить и выпустить в угодья фазанов. С его подачи, имея связь с подшефными колхозами, привозили зерно и подкармливали эту красивую птицу, которая прижилась и стала популярным трофеем для охотников.

Во многом благодаря отцу, угодья керченской организации охотников и рыболовов остались в составе КРООР. В лихие девяностые, когда бандиты отбирали и подминали под себя все, он ездил с документами в Верховный Совет, встречался с депутатами, писал письма президенту. К Петру Ильичу приходили, угрожали, но выстоял солдат Великой Отечественной…

Сегодня отцу уже 88 лет, а он по-прежнему в охотничьем строю. Ходит на охоту, учит молодых азам истинно мужского увлечения. И сын, и внуки - все охотники.

Сейчас нетерпеливо ждет своего часа его самый младший внук Алешка, когда же «стукнет» 21 год… Помню, мать говорила: сына «испортил», теперь еще и внука «портишь». А он меня брал на охоту с 4-х лет, в затем и внука в таком же возрасте.

Короче говоря, «испортил» нас отец и дед. И огромное ему за это спасибо, что стали мы настоящими любителями этого мужского увлечения, и помним его поговорку, которую любят цитировать ее наши керченские охотники в случае неудачи: «Охотником ты станешь только лишь тогда, когда пройдешь неоднократно, надежды полной путь туда, и безнадежный путь обратно».

Слушаешь его рассказы про охотничьи дела и только диву даешься, сколько в нем энергии, страсти к этому увлечению: как охотился на Чукотке, стрелял гуся, ходил на медведя, добывал песцов и росомаху… Все наши охотники с большим уважением и трепетом относятся к нему, всегда звонят в преддверии охоты и спрашивают у меня «Володя, дед приедет, смотри, привези!».

На общей фотографии, сделанной 9 января 2011 г. в день своего 88-летия, он сидит в центре, с зайцем на руках, собственноручно добытым трофеем. Вот таков наш Дед!

Владимир Грищенко, сын